Рафаель Люкманов. Дніпровський десант (рос.)

Рафаель Люкманов. Дніпровський десант

То, что все события, складывающиеся звено к звену и в совокупности формирующие наши поступки, про это я догадывался. Но, что спустя столько лет я смогу прикоснуться к части истории, это было несколько неожиданно. Как обычно это бывает, все началось с телефонного звонка. “– Рафаэль, есть два пригласительных на мероприятие, посвященное годовщине Днепровской десантной операции. Ты едешь?”

Сразу в голове вихрем пронеслась цепочка воспоминаний дней молодости, когда мы мальчишками бредили небом, с недоверием смотрели, как из, на первый взгляд, беспорядочного набора капроновой ткани и строп, получается вполне понятный и надежный парашют. Вспомнились те волнения юных сердец, когда впервые выехали на аэродром и своими глазами увидели, как самолет забирается в бескрайней глубины прозрачное небо и оно расцвечивается белыми одуванчиками парашютов. С каким чувством сам садился впервые в самолет, зная, что назад с тобой он не приземлится, и что нужно будет решиться на тот шаг за обрез двери, который отделит тебя на всю жизнь от тех, кто никогда не познает радости свободного падения и парения в небесном океане под куполом надежного друга – парашюта. Те непередаваемые ощущения, когда открывается дверь и звучит команда “Приготовиться”! Буря эмоций после команды “Пошел”, отсчет трех секунд, буквально задыхаясь от переизбытка чувств, и тот восторг и звенящая тишина после того, как тебя встряхнуло, и над головой распустился белоснежный купол.

Естественно мы бредили десантом и взапой читали все книги по этой теме. Особенно волнительны были встречи с ветеранами-десантниками, их рассказы о той войне. В доступной литературе того времени описывались десантные операции. Действительно, мы знали и про Вяземскую десантную операцию и про Днепровскую. Не знали мы одного – какие просчеты допустило командование в ходе планирования и организации взаимодействия с наземными войсками. Не могли мы знать и про те трагедии солдат и офицеров, подразделений и частей, которые навсегда шагнули в небо. Сейчас, когда мы уже стали взрослыми и почувствовали сами, что такое война, опустошение после неудач и радость побед, ту горечь, когда погибает друг и буквально хочется выть… Только сейчас трагедии того времени воспринимаются наиболее остро. Судьба каждого буквально пропускается через себя и ты невольно снова и снова переживаешь все события того времени.

24 сентября погода не радовала и явно была нелетной. Шел дождь, и все небо было затянуто густой облачностью. Константин, организатор памятной встречи, очень расстроился из-за того, что мероприятие было скомкано. Но как в 43-ем, так и сейчас, ничто не помешало ветеранам десантникам преклонить колени перед героями тех дней. И тогда, они не сломились в небе, расстреливаемые с земли, и показали, что такое десантный дух. Они вступили в бой в заведомо проигрышной ситуации и не отвернули.

Рафаель Люкманов. “Кіборги” (рос.)

К сентябрю 1943 года передовые части Воронежского фронта вышли к Днепру и созрел замысел о проведении десантной операции для обеспечения захвата плацдармов на правом берегу и воспрепятствования перегруппировки немецких войск и подходу их резервов. К планированию операции были привлечены штаб Воронежского фронта и оперативная группа штаба ВДВ. План предусматривал взаимодействие с бомбардировочной и штурмовой авиацией, артиллерией наземных войск. Для высадки в излучину Днепра предназначались 1-я, 3-я и 5-я гвардейские воздушно десантные бригады. Общая численность группировки десантников составляла около 10 тысяч личного состава, 24 противотанковые пушки калибра 45-мм, 180 минометов, 328 противотанковых ружей и 450 станковых и ручных пулеметов.

К 17 сентября разработка детального плана была закончена, и 19 сентября он уже был утвержден представителем Ставки, маршалом Жуковым. Он же потребовал соблюдения максимальной секретности, вплоть до того, что наземным войскам сообщить о десанте предусматривалось уже после его начала. Также была снижена активность разведки в районе десантирования. Бригады, предназначенные для операции, к этому времени находились в пунктах постоянной дислокации и на аэродромы взлета были сосредоточены лишь к 24 сентября. Задачи командирам бригад были поставлены за несколько часов перед взлетом. Ни о какой организации взаимодействия и отработке предстоящих действий и речи уже идти не могло.

За такой короткий срок сосредоточить необходимое количество транспортных самолетов и запасы топлива для них было невозможно. Об опыте экипажей в проведении подобных операций говорить также не приходится – его попросту не было. Самолеты были изношенными, поэтому не могли взять на борт того количества десантников и грузов, которые были заранее распределены по корабельным группам. Так постепенно стали наслаиваться нестыковки с первоначальным планом и создаваться предпосылки к большой трагедии.

Утром 23 сентября командующий Воронежским фронтом генерал армии Ватутин прибыл на КП фронта, где ему была доложена обстановка в районе площадок приземления. Активности немцев обнаружено не было. А между тем, 24 сентября в 5 часов утра 24 танковый корпус Вальтера Неринга в полном порядке и без спешки осуществил переправу своих соединений на западный берег и выдвигался в районы обороны как раз туда, где должны были десантироваться три бригады. Основные силы немецких дивизий расположились на отдых западнее Канева. Моторизованные части выдвинулись: 57-я дивизия по обе стороны от Канева, 112-я дивизия к большой излучине Днепра, 19-я танковая на марше от Киева к излучине Днепра, 10-я моторизованная в район восточнее Ржищева, 34-я дивизия на северной границе корпуса. Повышенная секретность привела к тому, что ни партизаны, ни войсковая разведка не были сориентированы на обеспечение приема десанта. В течение трех суток разведка района не велась.

В 18.30 25 сентября 1943 года началось десантирование. В ту ночь было произведено 298 самолето-вылетов, десантировано 4575 десантников и 690 контейнеров, была полностью высажена 3-я гвардейская бригада и около половины 5-й бригады. Они десантировались без артиллерии и минометов, так как на аэродромах взлета закончилось топливо и на земле осталось около трети десанта. Но основные испытания были впереди. Самолеты попали под сильный заградительный огонь, и десантирование зачастую велось хаотично. Часть экипажей не нашли свои площадки приземления и вернулись на аэродром. Один самолет высадил десантников прямо в Днепр, все погибли. 250 десантников высадили на свой берег, где они были приняты за немцев и попали под дружественный огонь – повышенная секретность.

Рафаель Люкманов. Надії, що згоріли (рос.)

А остальные десантировались прямо на головы немцев. Очень скоро бои приняли характер локальных стычек, но и тогда десантники не растерялись. Они объединялись, вступали в бой, прорывались из окружения, вели маневренные действия. Когда командование фронта не смогло установить связь с командованием бригад, то было принято решение о прекращении десантирования. Из-за неразберихи при посадке в самолеты и невозможности командиров бригад организовать отработку боевой задачи, оказалось, что радиостанции находились в одном самолете, документы связи в другом и так далее.

К исходу 25 сентября в различных районах изолированно друг от друга без связи и тяжелого вооружения развернули боевые действия 35 групп, общей численностью 2300 человек. Бои шли по нескольку суток на большой площади, дезорганизовав работу тыла противника и отвлекая на себя значительные силы. К 5 октября в Каневском лесу командир 5-й воздушно-десантной бригады подполковник Сидорчук объединил около 600 человек в объединенную бригаду и развернул организованные действия.

Украинский штаб партизанского движения в первых числах октября по личной просьбе командующего воздушно-десантными войсками генерал-майора Затевахина, принял деятельное участие в спасении десантников. Хорошо зная те места и имея большой опыт действий в тылу противника, партизаны-разведчики сумели организовать связь объединенной десантной бригады с войсками и приняли деятельное участие в сборе разрозненных групп. Умело маневрируя и нанося врагу ощутимые удары, десантники к 26 октября сосредоточились в лесу западнее Черкасс. Численность бригады к тому времени составила порядка 1200 человек с 12 станковыми пулеметами и 6 противотанковыми ружьями.

В этом же лесу действовали партизанские отряды численностью более 900 человек. В период с 13 по 28 ноября десантники внезапным ударом с тыла оказали помощь частям 254-й стрелковой дивизии форсировать Днепр, захватить и удерживать плацдарм в районе Свидовок, Секирна, Будище, отбивая многочисленные атаки противника. Командир батальона гвардии майор Блувштейн А.А. удерживал село Свидовок в течение трех дней всего с восемью десантниками. Гвардии младший сержант Кондратьев И.П. в ходе этого боя из своего противотанкового ружья подбил четыре танка, две бронемашины и три грузовика. 28 ноября десантники передали свои позиции подошедшей 7-й гвардейской воздушно-десантной дивизии и были выведены в тыл. Так закончилась Днепровская десантная операция длиною в два месяца.

Рафаель Люкманов. Іловайськ (рос.)

Цена просчетов и некомпетентности оказалось очень велика. Более двух с половиной тысяч десантников погибли либо пропали без вести. Но даже в таких тяжелейших условиях десантная группировка не была уничтожена, они не были сломлены и, ведя непрерывные бои, уничтожили свыше 3000 солдат и офицеров противника, 15 эшелонов, 52 танка, 6 самолетов, 250 автомобилей. Проявили мужество и верность традициям.

Немецкие отчеты того периода говорят сами за себя. Из донесения штаба 8-й немецкой армии от 7 октября 1943 года: “Охотничья ловкость каждого отдельного бойца была неотъемлемой чертой парашютистов. Поведение их в самых критических положениях было исключительным. Особенно выносливыми и упорными в бою показали себя раненые, которые, несмотря на полученные ранения, продолжали вести бой. Неоднократно раненые взрывали себя гранатами, чтобы избежать плена. Особенную трудность составляло найти места укрытия отрядов. Уже неоднократно установлено, что противник прекрасно маскируется в оврагах… Если нашим разведгруппам удавалось найти такое укрытие, то противник старался избавиться от надоедливых наблюдателей без единого выстрела, криков “ура” и шума. Как только основные силы отряда по тревоге были в сборе, они оказывали упорное, отчаянное сопротивление, используя при этом минимальное количество боеприпасов. Но даже тогда, когда противник не имел боеприпасов, он защищался с диким фанатизмом. Каждый десантник был вооружен кинжалом, который он искусно пускал в ход”.

Мы не вправе забывать историю. Нужно всегда возвращаться к ней. И если сверять свои поступки с деяниями предков, тогда не будет у нас ни Иловайска, ни Дебальцево. Дерево без корней обречено на усыхание.

(Всі фото надано автором)

Читайте нас також у Facebook, Telegram, Twitter